mosturkmenkult.ru - САЙТ МОСКОВСКОГО ОБЩЕСТВА ТУРКМЕНСКОЙ КУЛЬТУРЫ

При поддержке международного союза БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫХ общественных организаций "мужество и гуманизм"

РОССИЯ - ТУРКМЕНИСТАН: ДИАЛОГ КУЛЬТУР

Логотип Московского общества Туркменской культуры
Magtym

Увлекательное путешествие в Нохур, или Территория Любви

Гозель Нуралиева

31 августа – 75 лет со дня рождения заслуженного журналиста Туркменистана Людмилы Глазовской

«…мы искренне любили Родину и высшей честью считали служение ей, живя, как нам казалось, в свободном, лишённом насилия социуме…» 
(Людмила Глазовская. «Звёзды над Нохуром»)

В июне нынешнего года вышла в свет автобиографическая повесть Людмилы Константиновны Глазовской «Звёзды над Нохуром», заслуженного журналиста Туркменистана, живущей ныне в Санкт-Петербурге. 

Книга издана при содействии Московского общества туркменской культуры (руководитель Гульнабат Текаева). Общество организовало также её презентацию в Московском Доме Национальностей. 
«Нохур – затерянный в отрогах Копетдага древний туркменский аул, куда в тридцатые годы прошлого века судьба забросила семью русских медиков. Там же, на границе с Ираном, несёт службу во время войны переводчик-особист. За него выходит замуж младшая дочь медиков, и он увозит её на новое место службы, в Прибалтику. Родившаяся у них через год после окончания войны дочь – автор и героиня этой автобиографической повести», сообщается в аннотации к книге. 

***

Это было упоительное чтение. И не только потому, что знаю автора, чья жизнь и многолетняя деятельность связаны с туркменской землёй, но и мне бесконечно интересно всё, что касается моего родного Туркменистана, моего народа.
Меня настолько захватила невообразимо мощная стихия бытия, что я, как заворожённая, окунулась с головой в беспрерывный поток воспоминаний и размышлений героини о прошлом и настоящем, о жизни и судьбе СССР и Туркменской ССР и семьи автора. 
Книга охватывает огромный срез истории: и советский период, в том числе Великую Отечественную войну, ашхабадское землетрясение, и крушение Советского Союза, и настоящее, постсоветское время. 
Закономерно появление сегодня автобиографической повести – позитивного и оптимистического произведения, которому свойственно чувство исторической правды, искренней веры в общечеловеческие идеалы, утверждение достоинства и всего лучшего, что есть в человеке.
В книге стянуты в один узел и живая заострённая мысль, и лирико-философские раздумья, и извечные идейно-нравственные убеждения. 
Повесть, написанная великолепным литературным языком, восхищает глубиной и полнотой познания жизненного и исторического материала, полётом творческой мысли, романтикой и дыханием реального, гармоничного единства с природой, обаянием встреч со знаменитыми и менее известными людьми. 
Представляю, сколько душевных сил надо было собрать, чтобы, повинуясь внутреннему чувству, пройти по до боли знакомым когда-то дорогам и воскресить в памяти события, лица и эпизоды тех давних лет и недалёкого прошлого. Поистине могучей силой обладают слова, пропущенные через горнило души человека. 
Книга Людмилы Константиновны Глазовской производит впечатление почти артистической лёгкости – настолько тщательно сконструирована каждая фраза, каждая глава. 
Её проза напоминает поэзию своей выразительностью и эстетичностью, где каждая строчка обладает ритмической определённостью, конкретностью, и завершённостью мыслей и чувств. 
Поэзия и в образе самой героини – в её поступках, эмоциях, движениях бесхитростной души, которая доверчиво устремлена к миру, к людям. Но самое главное заключено в поразительном умении автора, вроде бы всё сказав, оставить столько недосказанного, волнующего ум и душу и предлагающего читателю самому продолжить разговор с самим собой. 
Давно я не испытывала такого наслаждения от художественного текста: внимание, входя в состояние какого-то волшебного уюта и теплоты от естественности и непрерывной гармонии слов, легко следовало за развитием сюжета, а не пыталось разгадать, что хотел сказать автор.
Автор не навязывает своё мнение, а предлагает вместе поразмышлять, совершая путешествие в недалёкое прошлое большой и малой Родины. 

***

Известно, что настоящая литература начинается с биографии, с характера, с накопления духовных богатств, с жизненного опыта. И кому, как не Людмиле Глазовской, длительное время жившей в Туркменистане, где она состоялась и как личность, и как профессиональный журналист, рассказать о своём поколении, которое выросло с чувством внутренней свободы, воспитываясь на добрых и вечных ценностях человечества, на прекрасных идеалах братства народов!

Здесь, в Туркменистане, Людмила Константиновна постигает древнюю культуру, традиции и нравственные устои туркменского народа, особо его приветливость и гостеприимство, вкупе с такими качествами как участливость, безгневность и почтительное отношение к женщине, а также «святую веру в нравственный первопорядок, которая у туркмен каким-то непостижимым образом переходит из поколения в поколение, как переходит всё то, чем богата душа этого древнего, красивого и талантливого народа». 

***

Все и всё проходят испытание временем. Всё, что казалось нам значительным, вдруг уменьшается, порой и вовсе блекнет или стирается из памяти. Но всё, что истинно, ценно – оно нетленно, утверждается в книге, оно как бы, пройдя проверку временем, становится яснее, чётче, и, отшлифовываясь в памяти, создаёт яркую, зримую картину, полную живой самобытности. 
Магия словесного изображения настолько покоряет, что воочию представляешь каждого человека, ощущаешь ничем не приукрашенную, правдивую атмосферу событий. Читаешь и явственно видишь – люди просто разговаривают, и в каждой фразе и характер, и биография человека, как, к примеру, эпизод встречи со стариком туркменом в селе Нохур.

Село Нохур. 1950-е годы

 «Он приветливо поздоровался со мной и учтиво уступил дорогу.
-Чей дочка будешь – Нина, Оля? – неожиданно спросил старик, отчего я вздрогнула, вскинув глаза на незнакомца. В длинном, нараспашку, туркменском халате и шапке-тельпеке, он стоял, привычно скрестив крючковатые пальцы на отполированной до белизны палке-посохе. Из-под лохматой папахи струился на меня добродушно-прищуренный взгляд, само же лицо являло совершенство черт, незримо уходящих в многовековую генетику обитателей этих мест
». 
Всего несколько фраз. И перед нами – образ аксакала. 

***

Книга «Звёзды над Нохуром» – это не просто автобиографическая повесть, не просто мемуары, хоть речь идёт о пережитом, она как некий нравственный ориентир в осмыслении поворотных моментов истории, людских судеб, отношений, политической культуры, как страстный посыл обществу о необходимости трансформации сознания, целесообразности духовного развития.
И как символично вписан в канву книги рассказ о выдающемся человеке, духовном светоче – академике Борисе Леонидовиче Смирнове, который жил и трудился в Ашхабаде, на который «указала рука жизни». 
…Всей своей жизнью и профессиональной деятельностью Людмила Глазовская изначально была призвана быть в центре огромного мира и быть свидетелем переломных его моментов. 
С какой деликатностью и с каким пониманием описывает она состояние союзных республик и их лидеров в драматические периоды судьбы, когда в одночасье рухнула построенная великой ценой титанических усилий и человеческих жертв огромная держава единства, равенства и братства народов, в идеалы которой свято верили, которую преданно любили и которой честно служили. 
 «...мы искренне любили Родину и высшей честью считали служение ей, живя, как нам казалось, в свободном, лишённом насилия социуме. Мы не подозревали, что этот социум был во многом нашим собственным порождением, мы возвели его из своих представлений и надежд, усердия и ответственности, открытости и солидарности», – говорит о себе и своём поколении писатель. 
Какой мощной силой должно обладать писательское слово, какой художественной волей оно должно было быть пронизано, чтобы читатель мог воочию представить и прочувствовать универсальный дух ушедшей Эпохи! 
Сама судьба великой страны объединяла людей «не под лозунгами коммунизма, а под тем добрым и вечным, что коммунизм декларировал в качестве новой, самопровозглашённой религии». 
Неизбывна боль от потери того важного и чистого, что составляло смысл жизни целого поколения. 
Стремление к братству, взаимопониманию и взаимопомощи – это непременное условие, без которого невозможна справедливая жизнь на земле. Все дороги, ведущие к единству, есть добро, всё, ведущее к разъединению, – зло. 
Восхождение к Правде – неотъемлемое право божественного происхождения человеческой души, которая требует высшей справедливости. 

***

Богатый внутренний мир героини, её душевная щедрость, интерес к людям, к их быту, судьбам, отзывчивость и доброжелательность создают тот невидимый духовный микроклимат, который словно магнитом притягивает сердца, и помогают ей приобретать друзей даже среди тех, кто, казалось бы, «закрыт» для общения. 
Она всегда в окружении светлых и замечательных людей, всех тех, кто близок ей по интеллекту и духовному масштабу. Достаточно только перечислить имена, чтобы понять, какой «магией притяжения» обладает героиня, что создает широкий круг людей как рядом с ней, так и желающих общения с ней, и к которым она стремится всей своей увлекающейся душой. 
Это и академик Борис Смирнов – интеллектуал и полиглот, который был одним из ведущих нейрохирургов страны (впервые в Советском Союзе сделал операцию на позвоночном диске), основатель неврологии и нейрохирургии в Туркменистане, переводчик древнего индийского эпоса «Махабхарата», известный советский киноактер, режиссёр и поэт Леонид Филатов, выдающийся кинорежиссёр Булат Мансуров, сценарист, режиссёр, заслуженный деятель искусств Туркменистана Лора Степанская, Израиль Сосонкин – доктор наук, профессор, в центре его научных интересов суфистская поэзия Махтумкули, сотрудники редакции газеты «Туркменская искра» (сейчас «Нейтральный Туркменистан»), друзья детства, многочисленные знакомые. 
…Не скрою, с большим интересом прочитала ту главу, где рассказывается о редакции: «Нигде, кроме “Туркменской искры”, не встречала я такого скопления артистических натур. Каким магнитом их притянуло друг к другу, что свело под крышей неказистого здания редакции, построенного взамен разрушенного землетрясением, только это была команда индивидуальностей, той породы советских интеллигентов, чей артистизм, подчас аристократичность, выступали парадоксальным самовыражением в замкнутом пространстве идеологии, которой они служили. 
Бывая в гостях у редакции, именитые московские гости с интересом взирали на провинциальных журналистов, не находя в них и тени провинциальности…
»

Знаменитые артисты Сергей Филиппов и Марина Ладынина в гостях у коллектива редакции «Туркменская искра»

А с какой неизъяснимой добротой и нежностью говорит Глазовская о своих родных. Это, конечно, самые близкие ей люди – бабушка Анна Елеазаровна и дедушка Трофим Степанович, её родители, муж Владимир Глазовский, светлой памяти которого посвящена книга, сестра Надя, её муж Александр Жаран, со стихотворения которого начинается книга, другие родственники. 

***

Книга «Звёзды над Нохуром» – это открытие автором свободного, разумного и вдохновенного мира, где душа живёт Верой, Надеждой и Любовью. 
В туркменском горном ауле Нохур проживали её бабушка и дедушка, у которого «толстовское непротивление злу имело собственное понимание личной свободы, что и привело в Туркмению, к таким же свободным людям. Какая-то внутренняя правота роднила деда с туркменами, с ними он был душевен и прост», – пишет Глазовская.

Вот как поэтично описывает первые впечатления от Нохура приехавшая к дедушке и бабушке вместе с родителями из далёкой Эстонии маленькая героиня, которая острым детским ухом уловит «звучащую ароматную тишину, опрокинутую на спящий аул звёздным южным небом, и это станет моим первым ощущением полноты жизни. Соединясь с теплом бабушкиного мягкого живота, оно навсегда поселит во мне чувство отчего дома, и я перенесу его на всю эту ласковую землю, где обрету друзей, семью и профессию». 
И эта любовь к древней туркменской земле живёт по сей день в великодушном сердце Людмилы Константиновны Глазовской. 

***

Нохур – это и волшебная страна, и райский уголок туркменской земли, это и счастливое детство, бесконечно сказочный мир, где героиня окружена любовью всех, и сама любящая всех необыкновенно искренней любовью, идущей из глубин её удивительно светлой души. Даже одинокая незрячая старуха, потерявшая на войне своих сыновей, к которой она забегает по-дружески посидеть на прохладной кошме, чувствует этот кристально-чистый, искрящийся свет её души. 
«Старуха не говорит по-русски, мы общаемся с ней глазами. Шершавыми пальцами она гладит меня по голове, шепеляво приговаривая какие-то ласковые слова», – душевно вспоминает автор. 
С особым лиризмом, трогательно и подробно описана дорога, ведущая к Нохуру: 
«За годы своей нохурской эпопеи я изучу эту дорогу досконально, я буду знать каждый её поворот, каждый горный навес и, как мне кажется, каждый камень, нежно обтекаемый сбегающим откуда-то сверху весело журчащим ручьём. 
Я знаю, из какой расщелины вынырнет одинокая арча, или где ждать увитый ежевикой склон, или же, наоборот, голую, почти отполированную скалу, прямым отвесом уходящую в небо. 
На самой высокой макушке я жду появления стайки джейранов, и они обязательно нарисуются, грациозные и недосягаемые, исполненные полного равнодушия к жизни внизу, где надсадно тарахтит наш грузовик, нарушая разлитую окрест тишину. 
Ближе к Нохуру моё сердце бьется все учащённее. Вот-вот, и она появится, высоко стоящая над дорогой одинокая кибитка, невесть когда и зачем возведённая здесь, на безжизненном уступе. 
История этой кибитки волнует меня чрезвычайно, и всякий раз я силюсь представить себе её обитателей, от жизни которых не осталось и следа. Именно отсюда, с этой кибитки, и начинается мой Нохур с его манящей тайной и простодушной жизнью. 
Запах этой жизни я начинаю явственно различать, едва машина по-хозяйски въезжает на испещрённую ручьями широкую, увитую с двух сторон пышным ивняком дорогу, прямиком ведущую в аул. 
Вот и громадный древний чинар, что устало раскинул широко окрест свои тяжёлые ветви. Под чинаром ведут неспешную беседу старики-яшули в неизменных чёрных тельпеках, с растущими от края подбородка белыми бородами, поглаживаемыми чуть спиральным жестом натруженных ладоней
».
Проникновенно вспоминая впечатления детства, друзей, родных и близких, автор доверительно вводит читателей в круг своих друзей – интересных, умных, весёлых и романтичных людей. 
Любуясь природными красотами Нохура, мы обязательно побываем в гостях и у его жителей, увидим нехитрый быт, восхитимся гостеприимством и радушием сельчан. 
Любимое занятие героини вместе с бабушкой – «с заходом солнца выйти из дома и отправиться куда-нибудь в гости. Это своего рода ритуал – ежевечерние прогулки по Нохуру. 
Маршрут их выбирает бабушка, знающая каждый уголок села и каждого его жителя. А поскольку нас радостно встречают в каждом доме, то бабушка всякий раз выбирает новое направление в лабиринте узких петляющих улочек, хаотично убегающих на доступную высоту горного подножья
». 
Через подробное описание жилища туркмена, которое «не знающее ни замков, ни заборов и отделенное от внешнего мира лишь большой открытой террасой-айваном, подпираемой высокими деревянными колоннами с капителями наверху – наследием эллинской архитектуры, словно устремлено навстречу природе, диктующей человеку правила жизни и поведения, где нет ни малейшей аффектации, а есть простота, естественность и спокойствие», проступают черты самобытного характера простодушного, миролюбивого народа. 

С особой сердечностью автор покажет неспешное, размеренное чаепитие в прохладе внутренних комнат или умопомрачительный аромат свежеиспеченных лепёшек, которым пропах весь открытый двор, или, любуясь водоносицей, создаст живописную картину увиденного: 
«Ведро стоит у неё на боруке – высоком головном уборе, увешанном серебряными монетами. Монеты в несколько рядов украшают и полы халата-дона. Не придерживая ведро руками и натянутой струной держа спину, туркменка идёт, звеня монетами, как грациозная лира, – сама и музыка, и инструмент. Я провожаю её взглядом, удивляясь тому, как из полного ведра не проливается ни одной капли…»
 Так умело, бережно и красочно суметь создать яркую картину увиденного может только тонкий, наблюдательный и любящий людей художник.

*** 

Одно из самых любимых занятий героини в Нохуре – «задрав головы, изучать под руководством бабушки ночное небо», где в горах звёзды совсем близко к земле, что можно до них дотянуться рукой. 
«Здесь ощущаешь себя не пылинкой Вселенной, а её безраздельной частью – настолько осязаемо всё то, что является недоступным для понимания и что составляет главную трудность в постижении Бога: убегающие в бесконечность миры и их несоразмерность всем земным представлениям. 
Эта мысль придёт мне в голову много лет спустя, когда я приеду в Нохур с сыном и десятилетним внуком, живущими в Израиле. Как когда-то в моём детстве, мы будем неотрывно смотреть на тёмно-синее звёздное небо, растворяясь в его досягаемости». 
Очарованный непостижимой божественностью её сын скажет: 
«Вот где земля обетованная…
». 
«Выжить, так и не приспособившись к новым правилам жизни, ему поможет склад ума и души, а также тесная, почти космическая связь с малой родиной, напоминающей о себе теплом и тайной ни с чем не сравнимых текинских ковров. 
На них, с закодированными в древнем орнаменте символами мироздания, ползает маленькая глазастая дочь, посланная в награду и во спасение в окаянном море судьбы…
». 
Неисповедимы пути Господни! 

***

Один из героев – философ Давид Зильберман, автор книги «О возможности любви», который после окончания Одесского гидрометеорологического института работал дежурным синоптиком в ашхабадском аэропорту и, как отмечено в книге, «за сравнительно короткий жизненный срок этот уникальный человек проделал путь от узкого специалиста до выдающегося философа-энциклопедиста, учёного-индолога с мировым именем», в одном из писем домашним о туркменской природе писал: 
«Цветет саксаул. Это розово-серебряные шарики, составленные из лучей, с нестерпимым блеском на солнце, среди слепящего песка с тонкими струйками пыли даже при безветрии. 
Немного быть здесь – и на многое глядится иначе, многое уменьшается до ничтожества, и разные неразрешимые противоречия теряют смысл истинности: всё поместно, ни к чему бесконечная паутина досужих слов. На что я сменю это в грядущем?.
.».

*** 

Все что происходило с нами в прошлом и происходит сейчас – это, наверное, испытание, которое нам дано ради духовного развития, ради будущего, и неслучайно нам суждено было встретиться с книгой Людмилы Глазовской, так необходимой именно сегодня, на определенном этапе жизни, когда размыты нравственные ориентиры и сознание больше приковано к внешним атрибутам жизни, а не к «путешествию вглубь себя», когда дар рассуждения и способность критически мыслить не являются непременными свойствами человека.
Именно эта книга ещё раз напомнила о том, что для строительства нового мира, новой цивилизации нужны широкие крылья мысли, принципиально творческой мысли, которая может быть только у свободной, разумной и духовно богатой личности. 
Каждый автор свидетельствует о себе. Читая книгу, воочию видишь перед собой мудрого, талантливого, гуманного публициста, писателя, который не просто делится своими воспоминаниями, а создаёт особый, правдивый, увлекательный и безупречный по стилю свой мир художественной прозы, где каждое слово дышит благородством, добротой, любовью и устанавливает живой, эмоциональный контакт с читателем. 
Можно только удивляться, как богата впечатлениями, настроениями, чувствами и мыслями душевная жизнь, которую невозможно вместить ни в какие рамки, тем более, географические, так как является бесконечной территорией Любви, Вселенной, где звучит непрерывная мелодия внутреннего мира, творчески объединяя и прошлое и настоящее. 

***

Думаю, что ещё многое из того, что пережила Людмила Глазовская, познала, над чем размышляла, остались за страницами книги. 
 «…ничто не проходит бесследно, а высшая преемственность на Земле – преемственность Правды. И какими бы невесёлыми ни были бы прогнозы относительно будущих судеб человечества, глядя в большие, глубокие и требовательные глаза моей маленькой внучки, я не могу и не хочу этому верить», – говорит Людмила Глазовская. 
Вспоминая о прошлом, мы интуитивно чувствуем его скрытые мощные пружины, которые, распрямляясь, неизбежно толкают нас вперёд, к овладению духовными вершинами жизни. Заботой об исторической правде прошлого проникнуты мысли писателя, но они и есть самая настоящая забота о будущем. 
«…в тех или иных формах человечество сохранит своё святое дело и, падая, спотыкаясь, сбиваясь с Пути, оно всё же останется на нём и к цели своей придёт по обетованию. Каждый, кто верит в это, должен в меру сил содействовать этому, носить в сердце своём обеты», – призывает академик Б.Л. Смирнов.
И разве не об этом же в своём прощальном письме пишет Павел Некрасов, врач и интеллигент до мозга костей: 
«Верю в здравый смысл одноклассников, их патриотизм, волю в недопущение лжи о нашем прошлом, настоящем и будущем, где бы мы ни жили. Все наносное, одуряющее и унижающее наши души и тела будет отторгнуто, а добрая память о нашей общей жизни в стране, которую мы не защитили ни словом, ни делом, сохранится и будет передана нашим детям, внукам и правнукам. Они умнее и достойны понять правду, даже самую горькую, но отличить её от лжи. 
Где бы вы ни жили, какими бы социальными льготами ни пользовались (или вовсе не имели их), не забывайте и справедливо оценивайте нашу жизнь в самых разных уголках нашей Родины, малой или большой
». 
И эта прекрасная книга «Звёзды над Нохуром», позвольте высказать своё мнение читателя, – лучший ответ. 

Фото из архива Людмилы Константиновны Глазовской

Материал журнала Камертон Увлекательное путешествие в Нохур, или Территория Любви | Камертон (webkamerton.ru)

Читайте также:

0 0 голос
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x